"Синие ведерки" как крик: почему власть не слышит граждан

В обсуждении акций, посвященных борьбе автомобилистов с приоритетом машин с "мигалками" на дорогах, приняли участие Элла Панеях (директор Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге), адвокат Иван Павлов, Александр Расторгуев (представитель петербургского отделения Товарищества Инициативных Граждан России (ТИГР) и Борис Гладарев, научный сотрудник Центра независимых социологических исследований.

Напомним, что 12 мая в Москве милиционеры задержали активистов акции «Синее ведерко», которые попытались провести пешую экскурсию по центру столицы, символизирующую протест против спецсигналов на машинах чиновников. В ходе акции люди не использовали и не озвучивали какие-либо лозунги, держали в руках или на голове лишь пародии «мигалки» - синее ведерко, синий надувной шарик или синюю ленточку. В «экскурсии» принимали участие и дети, несущие в руках синие шарики. Такая форма выражения протеста не требует согласования с властями. Тем не менее, сотрудники ОМОНа задержали демонстрантов (по разным данным, от 7 до 12 человек). Позже задержанных отпустили, представители ГУВД и руководство ОВД сообщили, что в действиях задержанных не усмотрено состава правонарушения и, соответственно, оснований для задержания нет, а принимавшие участие в задержании граждан сотрудники милиции будут наказаны. 

Александр Расторгуев напомнил собравшимся, что по аналогии с московскими акциями "Синее ведерко", 22 апреля автопробег с детскими ведерками, символзириующими мигалку, состоялся и в Петербурге. В то время как акции "синих ведерок" в Москве проходили довольно скандально и заканчивались задержаниями участников, в Петербурге проблемы задержаний не было, но были попытки представителей власти воспрепятствовать движению колонны автомобилей-участников."Мы уже 4 года проводим автопробеги, по разным поводам, и с каждым разом давление МВД все усиливается", - рассказал Расторгуев. По его словам, поначалу активисты пытались подавать уведомления о своих автопробегах в уполномоченный Комитет Администрации Петербурга, однако, попытки согласовать акцию не удавались, и на все вопросы активистов чиновники рекомендовали обращаться в суд. "Однако, мы знаем, какие у нас суды", - объяснил Расторгуев нежелание автопробежчиков дальше добиваться справедливости в деле согласования акций.

22 апреля около 25 машин собрались на Витебском проспекте, чтобы начать автопробег - о котором уведомления в органы власти не подавалось. Однако, милиция была в курсе ("Видимо, отслеживают нас Вконтакте", - заметил Расторгуев). Несмотря на то, что участники акции были убеждены в том, что ничего не нарушают, их оповестили о том, что начать пробег не дадут. Дважды машины разъезжались, договариваясь о новом месте старта автопробега и пытаясь сбежать от милиции - с третьего раза им это удалось, и колонна с ведерками и лозунгами проехала по всему Невскому проспекту до Исаакиевской площади, где состоялся импровизированный митинг. "Живем в свободной стране, а действуем как партизаны", - заключил Расторгуев.

Адвокат Иван Павлов не согласился с ремаркой Александра Расторгуева о судах: "Я неоднократно бывал защитником в судах, где рассматривались дела задержанных на митингах. Как правило, суды их оправдывают, в этом деле к ним нет претензий, не надо ставить на них крест". Однако, адвокат согласился с тем, что власть чаще всего стремится именно пресечь акцию любыми средствами, даже если это ведет к нарушению "процессуальных мелочей". "По сегодняшнему закону, регулирующему свободу собраний, проблем вообще не должно воозникать - если его нормально применять. Но это когда его применяют свободные люди в свободном государстве. У нас же это не так". 

По мнению Павлова, люди в первую очередь сами должны научиться пользоваться законом и добиваться от власти его исполнения. В качестве примера Павлов привел закон, вступивший в силу 1 января 2010 года - N 8-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления". По этому закону все граждане получают право доступа к огромному массиву информации - но не пользуются пока этим правом, не обращаются с запросами. В то же время, Павлов позитивно оценил деятельность "ТИГРа" - "рано или поздно положительный результат их деятельности будет". Если граждане смогут объединить усилия и добиваться соблюдения существующих законов. По мнению Павлова, "Синим ведеркам" стоит добиваться того, чтобы власть обязала всех чиновников, имеющих спецсигнал на автомобиле, объяснять каждый факт включения сигнала - писать рапорты, служебные записки, каждый раз обосновывая необходимость использвания "мигалки".

Борис Гладарев в качестве основной причины сложившейся с "Синими ведерками" ситуации, неадекватной, по мнению социолога, реакции властей глобальную проблему - отсутствие поля для публичной дискуссии: "Граждане не имеют возможности для диалога с властью. Вместо диалога всегда получается борьба - по тем схемам, которые существовали еще в советское время". Предложенные депутатами поправки к закону о митингах и шествиях - это как раз свидетельство неспособности власти вступить в диалог: "Власть не хочет общения, она хочет руководить", - отметил социолог, - "При этом отдел по борьбе с экстремизмом действует по приказу, а не по закону. По закону ведь эти пробеги ничего не нарушали, и милиция сработала очередной раз просто как дубина в руках власти".

Элла Панеях согласилась с Гладаревым в том, что площадки для обратной связи граждан и власти нет: "У людей не осталось способа заявить о своих проблемах". Однако, по мнению Панеях, проблема даже глубже и острее: потеряна связь граждан друг с другом. "Поскольку нет свободной прессы, у граждан нет общего языка для того, чтобы обсудить свои проблемы, поэтому нет общественного мнения. Каждый раз, составляя опросы, мы сталкиваемся с этим - и просто не знаем, как спросить, как сформулировать - ведь языка-то нет. Это не просто разрыв коммункации между народом и властью, существующая форма авторнритаризма разбомбила все формы коммуникации между людьми". По мнению исследовательницы, акция "Синих ведерок" - отчаянная попытка высказаться, "прокричать" о проблеме, восстановить коммуникацию в первую очередь между людьми: снабжая свой автомобиль синим детским ведерком, имитирующим мигалку, люди проблему показывают. "Это очень простое высказывание, как крик - "Доктор, мне больно!". А рассказать о проблеме уже сложнее, но для этого есть Интернет". Существенной проблемой, которую вскрыла акция против мигалок - это подверстывание законодательства под конкретную ситуацию (предложенные депутатами Марковым, Таракановым и Емельяновым поправки к закону). "В результате законы становятся все менее исполнимыми", - заключила Панеях.