Ювенальная Юстиция: Pro & kontra. Часть 3

Ювенальная юстиция: Pro & kontra. Часть 1

Ювенальная юстиция: Pro & kontra. Часть 2

1 июня, в День защиты детей, на радио Эхо Москвы в  программе «В круге света» состоялась дискуссия, которая касалась в том числе и внедрения в нашей стране Ювенальной Юстиции (ЮЮ).

Татьяна Боровикова, председатель Всероссийской общественной организации многодетных и приемных детей России «Много деток - хорошо!» выступила с очередными нападками на ЮЮ. Ее позиция вкратце такова: кто-то извне насильно внедряет все то, что уничтожит нашу семью и, как следствие, нашу страну. Напомним, в предыдущих акциях организации фигурировал лозунг: «Мы против введения в России «ювенальной системы», а также школьного «секспросвета» и обучения «толерантному» отношению к разного рода сексуальным извращенцам».

Захотелось аргументированно возразить г-же Боровиковой и продолжить дискуссию, которую мы начали год назад (см. выше ссылки на материалы Когита!ру). Мы не станем разоблачать странную конспирологическую угрозу, а лишь расскажем о конференции, встрече экспертов и их обсуждениях проблемы "ЮЮ", которые состоялись недавно в Царском селе, в Институте правоведения и предпринимательства.

Разберемся в понятиях

Споры о внедрении ювенальной юстиции не утихают с 2002 года. Именно тогда в Российской Федерации был заявлен курс на введение ювенальных технологий, как в судопроизводство, так и в систему реабилитации подростков, совершивших правонарушения или преступления. Однако спустя 8 лет, осенью 2010 года Государственная Дума отклонила законопроект об организации в России ювенальных судов. Ситуация вновь вернулась в дискуссионное русло. Часть граждан в лице, в первую очередь РПЦ или той же самой общественной организации «Много деток - хорошо!» активно противостоят внедрению ЮЮ. Ну а энтузиасты стали внедрять эти технологии на региональном уровне. Свои законы приняты, например, в Ростовской, Брянской, Липецкой, Иркутской областях. В Ленинградской, Московской областях, а также в Пермском крае законодательство находится в стадии разработки.

На конференции в Царском селе понятие «Ювенальная юстиция» охарактеризовала ректор Института правоведения и предпринимательства Татьяна Козлова: «Это системная работа различных органов: правосудие, контроль за исполнением наказания и реабилитация. Но главное – профилактика правонарушений и преступлений. Кроме того, это профилактика преступлений и против семьи, и против ребенка». Ректор отметила, что в Пушкинском районе активно работает юридическая клиника со специальным приемом несовершеннолетних, в Доме молодежи открыта приемная для подростков.

Если верить юристу, то особенно странным является тезис о том, что ЮЮ – бессердечная машина по отъему детей из семьи и разрушения самих семей. Во-первых, эта система, вопреки заявлениям г-жи Боровиковой в России еще не внедрена, а во-вторых, та система, которая работает сейчас (органы опеки и попечительства) итак с рьяностью нападают на семьи и отбирают детей еще до того как разберутся, что происходит в семье и в окружении. И здесь деятельности коллег из вышеназванной организации как-то не видно. А вот Когита!ру готовит ряд публикаций на эту тему. Но вернемся в зал.

Колония лучше?

Заместитель главы администрации Пушкинского района Татьяна Боголюбова сообщила, что из 505 материалов дел в отношении несовершеннолетних, которые были рассмотрены в районном суде и в комиссиях по делам несовершеннолетних в 2010 году видно, что наибольший процент правонарушений и преступлений связан с потреблением подростками алкоголя. В связи с этим, как отмечает Татьяна Боголюбова, Администрация планирует «активизировать работу по выявлению тех объектов потребительского рынка, которые без зазрения совести продают алкоголь несовершеннолетним». Представительница администрации пообещала принимать по отношению к таким объектам «все меры вплоть до лишения лицензии».

Районная власть также использует «систему вакцинации» против правонарушений - подростков, стоящих на учете в детской комнате милиции, привозят в Колпинскую колонию - посмотреть, испугаться и правонарушений не совершать.

Советник губернатора Ленинградской области Игорь Антонов сразу подверг сомнению практику экскурсий в Колпинскую колонию: «Да, еще лет 10 назад вывозить детей туда было очень действенно для того, чтобы подростки лишились тюремной романтики. Однако сейчас это работает только в отношении детей из обеспеченных семей. А для детей из семей бедных и неблагополучных ситуация обратная - с учетом того, что мы ратифицировали всевозможные международные конвенции и активно работаем над улучшением содержания детей в колониях, то сейчас и в колонии и в следственном изоляторе детям, зачастую, лучше, чем дома. Их кормят, одевают-обувают, учат, теннисные столы есть, психологи».

Игорь Антонов рассказал об организации ювенальной юстиции в Кингисеппе. «Был подписан договор, по которому работа прокуратуры, суда и комиссии по делам несовершеннолетних была объединена. Затем стали отдельно приниматься дела, где фигурируют несовершеннолетние либо в качестве подсудимых, либо потерпевших. Была введена должность помощника судьи по социальным вопросам, который имеет не только юридическое, но и второе либо психологическое, либо педагогическое образование. изучались. Помощник изучает бытовые условия, условия проживания, устанавливает контакт с семьей, школой – везде, где ребенок оставил свои следы. Собрав информацию, составляется карта ребенка, которая приобщается к делу. И именно с учетом этой карты принималось решение суда. В итоге – сокращение преступлений, рецидивов». Игорь Антонов поделился и таким, на наш взгляд, весьма спорным опытом, когда в качестве воспитательной меры при поддержке школы, суда и с согласия родителей и самого правонарушителя, по уже прекращенному делу обсуждается проступок с участием «несовершеннолетних присяжных» в качестве воспитательной меры.

Советник губернатора предложил и нововведения в системе наказаний подростков. Это могут быть как написание письма потерпевшему с извинениями, а также возможное возмещение ущерба; направление на работу в дома престарелых, и другие социальные учреждения. По его мнению, эти меры очень действенны.

Старая система с человеческим лицом

Несколько более сдержанно относится к внедрению Ювенальной юстиции в практику заместитель начальника Управления судебного департамента в Санкт-Петербурге Александр Краснопевцев: «Судебная система не должна заниматься перевоспитанием и суд не должен быть координатором в этом процессе, а специализация на работу с подростками должна быть не только у судов, но и у прокурорских работников».

Поддерживает сомнения коллеги и судья Уставного суда Санкт-Петербурга Вениамин Петухов. Он отмечает, что сейчас «создание самостоятельной системы ювенальных судов – нецелесообразно. Однако получившая в настоящее время практика специализации судов должна существовать». При этом он добавляет, что «Сегодняшняя правоохранительная система позволяет реализовать ювенальные технологии, они и так были, есть и будут». Вопрос только во взаимодействии различных органов и грамотном распределении средств. 

Профилактика – лучшая забота о детях

В свою очередь, к числу сторонников внедрения в жизнь Ювенальной юстиции относится председатель Пушкинского районного суда Ярослав Жолобов. По его мнению, этот институт должен помочь воспитанию несовершеннолетних. Пока же современная практика далека от идеала: «В рамках действующего законодательства в числе воспитательных мер существуют штраф, исправительные работы, обязательные работы и лишение свободы. Штраф – ребенок не работает, родители зачастую тоже неблагополучны. А если семья благополучна, то штраф воспитательной работы не имеет... Исправительные работы - тоже неэффективная мера. И без правонарушений сложно устроить подростка на работу, слишком много ограничений. Остается одно: если первый раз, то можно наказать условно с испытательным сроком. Но в Пушкинском районе лишь 4 работника, которые должны контролировать 500 условно осужденных. У нас еще не развита система реабилитации. Да, по статистике отмечается сокращение преступлений. Но в принципе мы видим тот же костяк преступников из года в год».

С другой стороны, есть, по словам юриста, лукавство и в отчетности государственных органов. Главная проблема – работа, как с несовершеннолетними, так и с инвалидами имеет заявительный характер. Если подросток сам не попросил помощи - он ее и не получит. Указывает специалист и на латентный характер подростковой преступности – лишь малая толика дел доходит до судов.

Посему статистика, хоть и показывает активную работу различных органов, занимающихся реабилитацией, однако это только «количественные результаты». Председатель райсуда отмечает, что если посмотреть глубже, то становится понятно, что сразу несколько «нянек» группируются вокруг одних и тех же нарушителей закона, а затем эти структуры пишут отчеты, по которым все вроде бы работают, но на самом деле они работают с одними и теми же подростками. А остальные как были без попечения, так и остаются предоставлены лишь самому себе.

В итоге, по мнению Ярослава Жолобова, необходимо принятие нового федерального Закона, который бы зафиксировал четкое межведомственное взаимодействие. По мнению специалиста, «Ювенальная юстиция - это не ювенальный суд, а система защиты прав и законных интересов несовершеннолетних, объединяющая все органы государственной власти, в том числе социальные службы, общественные организации, приоритетом работы которых являются восстановительные и реабилитационные меры и принципы. На первое место необходимо ставить профилактическую работу, которая, прежде всего, не позволяла бы несовершеннолетнему попадать в трудную жизненную ситуацию».

Огульные обвинения и страх перед некоей внешней силой, которая, по мнению руководителя «Много деток - хорошо!», разрушает нашу семью, развеиваются - стоит просто включиться в рациональную дискуссию. Ведь именно в ней и рождается ИСТИНА.