Григорий Тульчинский: «Вменяемая личность: от самозванства к личности как автопроекту и бренду»

Каждая  культура дает личности, формирующейся в  рамках этой культуры, определенную жизненную  компетентность. Границы  личности как вменяемого субъекта (наделенного  рациональной мотивацией и ответственного за свои действия) историчны, прошли несколько  стадий и обрели критерии идентификации: от этнической (принадлежность роду, племени, нации) до статусной (место в иерархии) и ролевой (конкретная успешность). Этой динамике соответствуют формы самозванства, попытки преодоления сложившихся рамок жизненной реализации. В настоящее время активно формируется новая персонология, в которой личность все больше предстает как проект, или даже - как серия проектов, автором которых выступает сама личность. Каковы последствия этого процесса? 

Говорит Григорий Тульчинский:

К этой теме я пришел с двух сторон: во-первых,  через тему самозванства (я писал о самозванстве ранее). В наше время самозванство - это некое требование к "жизненной компетентности" человека. Наступила эпоха "самоидентизации". 

Во-вторых, - через тему свободы и ответственности. Ну а после выборов в 2000 году мне захотелось взглянуть на проблему с исторической точки зрения. Речь идет о том, что общество проходит несколько стадий, в которых меняется сознание человека, меняется представление личности о себе, меняется самоидентификация личности в обществе, то как он позиционирует себя.  Каждый этап порождает соответствующий тип самозванства. Каждый из способов  самоидентификации, характерный для той или иной эпохи, не уходит в прошлое совсем. Он сохраняется, но перестает быть доминирующим.  

Первый этап, когда личность начинает ощущать себя как вменяемое (ответственное) социальное существо, - архаично-этнический. Главное здесь - принадлежность к некой общности: к роду, племени, семье. В ответ общество говорит: "Он наш!"  Признаки, по которым группа определяет, кто "наши", а кто "не наши", психосоматические. "Не наши" хуже "наших": у них не та длина носа, цвет волос. Этот этап не ушел в прошлое. Например, в местах лишения свободы, в армии люди возвращаются к этой стадии. Там телесные знаки имеют очень большое значение. 

По мере развития общества, формирования государства все больше выходит на первый план другая форма идентичности: место в обществе с точки зрения места в иерархии, статуса. Не просто "наш - не наш", а какое место ты занимаешь в иерархии. Наделить местом в иерархии может только некий суверен. Наделяя тебя местом в иерархии, суверен дает тебе и определенные привилегии, соответствующие твоему статусу. Это может быть вождь, пахан. Если это государство выступает в роли суверена, то у обладателя статуса появляется документ, подтверждающий статус и привилегии. Это может быть паспорт, сертификат, диплом... Тамга на княжение, за которой на пузе ползал в Золотой Орде Александр Невский. 

По мере дальнейшего развития общества, индустриализации и т.д., появился еще один способ идентификации. Не важно, какого ты роду-племени, не важно, какой ты расы, не важно, дворянин ты или нет. Главное, как ты выполняешь определенную роль, справляешься ли ты с этой ролью. Это требования к профессиональным качествам. Подтверждением того, как ты справляешься с ролью, является твоя востребованность. 

Пока речь идет о статусной или этнической идентификации самозванство возникает как некий способ, некая возможность  для личности занять другую позицию. Но человек хочет перейти на новую позицию. Как это сделать?

В диссертации М.Арканниковой предложено различать самозванство и самозванчество.  Самозванство - это процесс внутри личности. Самозванчество - политический феномен, когда амбиции личности получают отклик, мобилизуя вокруг самозванца социальные силы. В XIX и  XX веке самозванчество уходит в прошлое.

В Европе еще раньше. В случае ролевой идентификации ты занимаешь не чью-то позицию, а ту, которую позволяют тебе занять твои личные профессиональные способности. Твоя состоятельность подтверждает твою идентификацию.  

В ХХ веке, а уж сегодня - тем более можно говорить об еще одном типе самоидентификации. Предыдущие виды не исчезают, но появляется новый вид. ХХ век поставил вопрос по-новому. Стало важно не то, как ты справляешься с определенными ролями, не то насколько ты компетентен, а то как ты выглядишь в качестве некоего проекта самого себя. Я говорю об автопроекте  в двух смыслах: когда ты выступаешь в качестве автора (хочешь себя подать именно так),  и  твоя история отвечает чьим-то ожиданиям, чьим-то надеждам. 

Личность выступает как "бренд" - как обещание реализации чьих-то желаний, чаяний, надежд. Бренд -  это рассказ, это волшебная легенда о магическом артефакте  (Золотой ключик, Кольцо всевластия), обладание которым открывает дверь в царство мечты.  Бывает, когда автопроект получается "на автомате", когда от тебя ничего не зависит. Например, о каком-то месте говорят: "намоленное место". Успешный маркетинг в политике и в шоу-бизнесе в этом и заключается. Все мы знаем политического деятеля, который начинал с нуля. Был пустым местом. Но это оказался очень успешный проект. Как пустое место, он отвечал чаяниям и ожиданиям буквально всех. Все вычитывали из него все, что хотели., наполняли его своими смыслами Силовики вычитывали свое, молодежь - свое, ветераны - свое. Оба смысла автопроекта сводятся в одно: наш автопроект должен быть кому-то нужен, он должен отвечать чьим-то потребностям, чаяниям и ожиданиям. Неважно, сами мы себя сделали или нас сделали автопроектом, брендом. Нам (как автопроекту) жизнь отводит столько, сколько любому проекту: 4-6 лет. Спустя 4-6 лет нужно заниматься личным ребрендингом. Некоторые люди стихийно это понимают и так и делают. Это совершенно очевидно в бизнесе, шоу, в политике. 

Свои коррективы вносят и новые технологии. Когда Вы общаетесь с кем-то по электронной почте, у вас нет уверенности, что вы говорите именно с этим человеком. Нельзя утверждать даже, что это один человек. А разговаривая с разными людьми, ты не можешь быть уверен, что это не один и тот же человек. Это используется в политических технологиях, в пиаре. Проблему идентификации порождает вопрос: кто является вменяемым субъектом. В обоих смыслах: тот, кто располагает разумной мотивацией, и кому вменить ответственность.  

Проблема российского общества заключается в том, что мы еще не выбрались из этнически-статусных отношений. В маленьком провинциальном городке этнически-статусные моменты на первом плане. В мегаполисах преобладают ролевые отношения, а кое-где проявляются и проектные. Статусные идентификации порождают проблему привилегий. Наше общественное мнение - статусное мнение. Несмотря на то, что массовая культура во всем. Это фактор стабилизирующий. Но массовая культура не выполняет роли социализации. В России нет реального среднего класса. Российское общество расколото. Массовое сознание все еще находится в статусном оценивании личности. Представления о справедливости (несправедливости) носят не рыночно-ролевой или проектный характер, а статусный характер. Без знания этого работать с общественным мнением в России невозможно.  

Дело не ограничивается проектной идентификацией. Главный идентификатор - сам человек. Человек без свойств. Это человек другим неявленный, не артикулированный. Он еще и самим человеком не идентифицируется, а только вынашивается. Он еще самим человеком плохо осознан. Тело сегодня - не темница души, а некий костюм. Им можно не только играть, но и менять. Тренд идет в эту сторону. Какие формы самозванства выявятся при этом в будущем - не знаю. Этот процесс еще в стадии формирования. Этот тренд порождает серьезные нравственные и правовые проблемы. 

Это цивилизационный тренд, но как только случается какой-то катаклизм, все наши цивилизационные проекты, все наши проекты, роли, статусы, облетают. Остается кочерыжка. Ты остаешься один. Лучшее, что ты можешь сделать, примкнуть к какой-то стае, где главное будет, - наш - не наш.