Какие вещи делать нельзя

 

То как работали наши государственные каналы в день терактов – это в профессиональном смысле халтура, а в общественно-политическом – безнравственность. Я понимаю, что у сериалов или шоу доктора Малахова есть своя преданная, благодарная аудитория, и конкретно создатели этих программ ни в чем не виноваты. Но невозможно видеть на экране чудеса целительства и фильм «Бытовуха» в тот момент, когда погибли люди, и нет в стране в этот момент ничего важнее. Нужно было немедленно менять сетку вещания.

Куда обращаться, по каким телефонам, адреса больниц, адреса, увы, моргов, пункты переливания крови, транспортная обстановка – всю эту информацию люди должны были получать с телеэкрана хотя бы потому, что люди в массе своей только из телевизора и черпают информацию. Конкретно для москвичей были важны эти «прикладные» сведения, а для всей страны вообще было важно знать, что произошло и какие меры принимаются властями.

В результате заявления руководителей государства на «Евроньюс» или СNN появились едва ли не раньше, чем на российских каналах. Как это называется? Телевизионщики отвыкли от нормальной работы, от работы в прямом эфире в том числе.

Но фактически это выглядит как неуважение к собственным гражданам, которых считают окончательными дебилами. Получается, что людям важнее и нужнее смотреть «Модный приговор», чем теракты в метро. Поэтому им показывают все полагающиеся сериалы и шоу, а новости только, когда наступает заранее определенное для них время.

Но и в этих новостях я, например, видел подробнейшее освещение заседания у Медведева и совещания у Путина и всего лишь пару минут непосредственной хроники событий. То есть от обычного формата официоза никто и не собирался отходить. И не важно, что показывается – теракт или посещение комбината.

Однако раз уж нашим лидерам дали столько времени для выступления с экрана, эти лидеры могли бы сказать какие-нибудь полезные слова. Судя по рейтингам общественной поддержки членов Тандема, граждане верят им. Поэтому вместо ритуальных слов про «мочение в сортире» они должны были сказать о другом. Кавказцы – не враги. Мусульмане – не враги.

Я был в то утро в эфире и перед моими глазами прошел целый поток ненависти, с требованиями запретить (!) ислам, перестать «заигрывать с черными» и тому подобным.

На станции «Кунцевская», где я живу, прямо в вагоне на кавказцев напали в буквальном смысле! И такие случаев было по Москве несколько. И это по-своему, в перспективе, не менее страшно, чем террор, потому что рано или поздно тоже приведет к насилию. Однако никто к людям по этому поводу не обратился.

 

Конечно, резанул глаз визит Медведева на «Лубянку». Он правильно сделал, что приехал с цветами. В то же время я понимаю, что глава государства должен хорошо охраняться, тем более в такой момент. Но слишком велик контраст между утренними и вечерними кадрами. Утром – толпы народу на перроне, кровь, гарь, покореженные вагоны. А вечером – пустой эскалатор, по которому спускаются только Медведев и Лужков и станция, огороженная для одного человека. И волей-неволей возникает чувство, что он точно в безопасности, а вот мы – нет.

И еще одна вещь, которая мне не понравилась. Понятно, что часть общества тут же в эмоциональном порыве выплескивает свою примитивную ненависть к инородцам. Но и заводить в качестве первой реакции шарманку про гнилой правящий режим я считаю неверным. Безусловно, теракты в Москве, как и по всей России – это следствие ошибочной, часто просто преступной политики на Кавказе. Но в первый момент, когда все только случилось, когда продолжают умирать от ран люди, гораздо важнее сказать о другом. Нет такой цели, нет такой идеи, которая могла бы оправдать уничтожение людей! Путин, не Путин – погибшие не имели к Путину и его политике никакого отношения! Неприятие террора – это не само собой разумеющаяся вещь. Об этом нужно говорить четко. Уже потом мы будем рассуждать о причинах, которые провоцируют террор, о том, каким образом женщины превращаются в смертниц и т.д.

Но сначала надо сказать, что мы ни под каким предлогом, ни по какому поводу террор поддержать и оправдать не можем!

Потому что, к сожалению, у очень многих людей создается впечатление, что для либералов чем хуже — тем лучше, что они охотнее будут с террористами, чем с Путиным и Медведевым. У граждан не должно создаваться такого впечатления. Мы не с Путиным и Медведевым, но мы совершенно точно и не с террористами!