Татьяна Зыкова: Российскому государству не нужны общественные организации?

Мы начинаем публикацию работ, поступивших к нам на конкурс "Деятельность НКО в Европе и России". Татьяна Зыкова награждена дипломом участника конкурса. В качестве поощрения и с ее согласия мы публикуем ее текст.

Я считаю, что нашему государству общественные организации не нужны. И оно дает это понять своим к ним отношением. Говоря "государство", я не имею в виду не общество, а "власть". Возможно, я неправа, и со временем приду к другому выводу. А пока я опираюсь на свой сегодняшний опыт создания общественной организации.

Наше эколого-историческое объединение, "Саянское наследие", состоит из журналистов. На каком-то этапе мы решили, что статей для изменения ситуации в нашей родной Хакасии мало. Нужны дела. И зарегистрировались официально. Со стороны дела в организации идут неплохо. Мы участвуем в благотворительных мероприятиях, придумываем акции, выигрываем гранты. В общем, пытаемся что-то изменить в свободное от работы время. Но какими силами это давалось и дается - мало кто догадывается. Причем, большая часть их уходит не на совершение добрых дел, а на общение с разными контролирующими органами. И теперь я совсем не уверена, что хочу заниматься благотворительностью именно в рамках общественной организации. Проще "тихо" помогать кому-то: никаких отчетов и общения с государственными ведомствами. 

Это – мое личное мнение.

Возможно, кто-то меня разубедит.

Какой опыт нам нужен?

Прежде, чем рассказать о своем негативном опыте, хочу обозначить, какой опыт западных стран в работе общественных организаций нам жизненно необходим. Чтобы через его призму посмотреть на то, что происходит у нас сейчас.

В разное время я пыталась понять, насколько удален (или приближен) наш опыт к общемировому. Что можно позаимствовать у иностранных коллег? И получились такие заметки.

Во-первых, отчетность для общественных организаций в России должна быть упрощена. По сравнению с западными странами, здесь у нас царит бюрократия. Во-вторых, каждое ведомство должно четко сформулировать свои требования к общественным организациям со ссылкой на законы. Лично я сталкивалась с тем, что в зависимости от принимающего отчетность сотрудника (например, в налоговой инспекции) требовали то одни отчеты, то другие.

В-третьих, сотрудники контролирующих ведомств должны нести ощутимую ответственность (вплоть до увольнения) за невнимательное отношение к общественным организациям и неверные решения в отношении них.

В-четвертых: на мой взгляд, представители российских общественных организаций мало общаются и делятся друг с другом полезных опытом (по сравнению с западными коллегами). Особенно те, которые работают в провинции. Необходимо создавать площадки для общения: в том числе и с помощью государства.

В-пятых, государству нужно сформулировать свое отношение к роли  общественных организаций и обозначить наиболее важные проблемы, в которых нужна помощь "общественников". И, возможно, активнее предлагать гранты в тех областях, ситуацию которых могут изменить НКО.

Меня удивило, что государства Западной Европы уделяют построению взаимоотношений с НКО такое же внимание, как работе с бизнесом или органами власти. То есть, самое серьезное. В нашей же стране, я считаю, нет четкой государственной политики по отношению к "общественникам". Работа с ними ведется фрагментарно, порой - на уровне лозунгов и деклараций. То есть, на словах.

Опыт создания нашей организации

Три года назад мы с друзьями-коллегами журналистами решили создать общественную организацию эколого-исторической направленности. К тому времени многие из нас побывали в тех местах Хакасии, которые считаются "визитными карточками" региона. Оценили состояние исторических памятников (по концентрации которых наш регион сравним с Грецией), уникальных озер, гор, тайги... И, честно говоря, пришли от этого состояния в ужас. Всюду - следы пребывания человека в виде гор мусора и автографов вандалов.

Тогда пришло понимание, что одними статьями в газетах и сюжетами на ТВ проблем не решить. Нужно действовать. Для этого мы решили создать общественную организацию. Решили, что она будет нашим хобби. Ибо никто не смог бросить основную работу и заняться только этим. Меня выбрали президентом организации. На мне же оказалось ведение документации и отчеты, так как больше ни у кого не нашлось времени этим заниматься. Тогда я искренне верила, что легко буду справляться со всем этим в свободное от работы время. Но к настоящему времени мое отношение к общественной работе стало двояким.

С одной стороны, выигранные гранты и польза от них приносили нам искреннюю радость. Были своеобразным допингом. Самореализацией. С их помощью мы пробовали себя в чем-то новом, о чем раньше не могли мечтать. Пожалуй, самая большая гордость - издание книжки экологических сказок для детей и передача ее в библиотеки и школы Хакасии. Такого проекта у нас никто еще не осуществлял. Сказки написали журналисты региона, а проиллюстрировали их творения на местном материале дети. Причем, в процессе их творчества мы разговаривали с ними о том, что у нас в республике есть уникального, и как сохранить эти объекты. Общение понравилось и нам, и ребятишкам.  

С другой стороны, проблемы с разными государственными органами начались еще на стадии создания организации. Приведу лишь пару примеров. В процессе согласования нашего Устава сотрудникам Регслужбы не понравилось, что возможность действовать от имени организации без доверенности мы заложили для двух человек. А не одного, как в привычном для них варианте. Ограничений по этому поводу в законе мы не нашли. А решили мы так потому, что члены нашей организации живут в разных городах Хакасии. Одни гранты мы собирались осуществлять на территории Абакана, другие - Саяногорска. Но в Регслужбе наш вариант в Уставе решительно не одобряли. И настояли на его исправлении. Видимо, из соображения: "Как бы чего не вышло?" Нам напомнили, что экспертиза Устава еще впереди, и в таком виде вряд ли он пройдет. А если будем настаивать - все затянется.

Впоследствии мы сильно пожалели, что не настаивали.
Другой момент: зарегистрировать организацию, как известно, должны в месячный срок. Так положено по закону. В нашем случае срок иссякал 25 декабря. Но, видимо, сотрудники Регслужбы были завалены какими-то другими делами или предновогодними хлопотами. Ибо на мой звонок с вопросами: "Готовы ли документы? И когда их забрать?" Мне сказали прийти после Нового года.

Каково же было мое удивление, когда после новогодних праздников мне вручили свидетельство о регистрации, датированные задним числом: то есть, 25-м декабря.

Проблемы в общении с контролирующими ведомствами

Поясню, что для нас значило получение документов позже и в какие проблемы это вылилось. По закону организация может подать заявление на упрощенный режим налогообложения (так называемую "упрощенку") либо в пятидневный срок со дня регистрации, либо в ближайшем октябре. о есть, мы должны были сделать это до Нового года. Мы пропустили дату перехода на "упрощенку" не по своей вине. Но это в расчет не взяли.
 Почти год мы работали, находясь на общей системе налогообложения. То есть, сдавали кипы отчетов в налоговую вместо "облегченного" варианта. И это было огромной проблемой. Бухгалтерского (и даже экономического) образования нет ни у кого из членов организации. Гуманитарии, никогда не занимавшиеся налоговыми и прочими отчетами и не работавшие со специальными программами, представляли жалкое зрелище. Первой трудностью было раздобыть эти программы. Второй - научиться ими пользоваться. Хоть первые отчеты и были "нулевыми", намучились мы с ними порядком: то данные не забивались, то бланки оказывались устаревшими, то мы путали сроки подачи бесконечных деклараций.

В итоге - возвраты отчетов для уточнения, штрафы... Так мы узнали, что в налоговой инспекции премии сотрудников зависят (помимо прочего) от количества выписанных штрафов. Наверное, поэтому карать им привычнее, чем предостерегать и помогать. А кого проще штрафовать? Правильно, тех, с кого получить штраф легче. Тех, кто не скрывается и мало смыслит в бухгалтерских делах.

Другой проблемой стало то, что время приема отчетов в налоговой и других ведомствах совпадало с рабочим временем членов нашей организации. А очереди там порой многочасовые. Традиция такая. На основной работе приходилось изворачиваться и отпрашиваться, чтобы отчитаться в срок. Но удавалось это не всегда. И снова штрафы. Для себя я назвала их "наказание Сбербанком". Мало того, что сейчас даже пустяковые штрафы проходят через мировой суд (до основания общественной организации я даже не знала, где он находится). Так еще и платить их через Сбербанк. Меньше чем час-полтора у меня это не занимало. Вечные очереди. При моем плотном графике работы это можно назвать "убийством времени изощренным способом".

К тому же, налоговая инспекция, по моему мнению, - ведомство, работающее крайне несогласованно. Например, однажды нам пришло несколько писем от налоговиков, сообщающих о том, что мы не оплатили налог на имущество организации. Хотя мы его оплатили. Но чтобы доказать это, пришлось убить в налоговой целый день, проводя сверку и приводя другие доказательства авторам письма. Снова бесполезная трата времени.

Почему мы не наняли профессионального бухгалтера? Такая мысль была. Но от нее пришлось отказаться. Во-первых, это оказалось для нас дорого. Во-вторых, обойдя местные бухгалтерские фирмы, мы узнали, что с "общественниками" большинство не работает вообще. А оставшаяся часть - неохотно и по завышенным ценам. Оказалось, что основной их доход - многочисленные ООО. А с общественными организациями надо "возиться": искать другие бланки, составлять другие отчеты. 

Из всех ведомств, куда наша организация должна отчитываться (а их пять: налоговая инспекция, пенсионный фонд, Фонд социального страхования, Минюст и Управление статистики), больше всего трудностей у нас вызывало общение с налоговой инспекцией. А приятнее всего работается с Фондом социального страхования. Хотя, подозреваю, тут надо делать скидку и на "человеческий фактор". Специалист, который нас ведет в "соцстрахе", видя, что я совсем не разбираюсь в отчетности, даже помогает мне ее правильно заполнять.

Общее же впечатление: количество отчетности с каждым годом увеличивается. Дополнительный отчет в этом году потребовал Минюст. В Пенсионный фонд с этого года приходится отчитываться не один раз в год, а ежеквартально. Такое ощущение, что у "общественников" бумажной работой хотят отнять как можно больше времени. Государство боится, что их деятельность выйдет из-под контроля? Не хочется в это верить, но другой версии у меня не находится. 

Вместо послесловия: ни работать, ни умереть?

Недавно мне позвонили из Минюста. Я не представляла, что они от меня хотя на этот раз. Все отчеты были сданы, и претензий быть не должно. Но нашлись. Нам сказали срочно (иначе - предупреждения, санкции) принести отчет еще по какой-то форме за... 2008 год! Как я поняла (могу ошибаться, я не специалист): в Минюст свалилось какое-то новое распоряжение, обязывающее требовать этот отчет спустя 2 года. Но мы-то здесь причем?

Отчет все же пришлось подготовить. Подобная ситуация возникла не первый раз. После регистрации никто не требовал от нас внести логотип организации в общероссийский реестр. Потом в Минюст, ссылаясь на новое распоряжение, потребовал это срочно сделать. Спустя 2 года после регистрации. Спустя не один месяц после этого распоряжения. Либо переделать печать, убрав с нее всякие логотипы. Вы, наверное, знаете, что при открытии счета в банке оттиск печати хранится там. И, помимо недешевого заказа новой печати, пришлось бы решать проблему еще и с банком. 

В общем, после последнего "сюрприза", сдавая в Минюст отчет-2008 в 2010 году, я не выдержала и спросила: "Подскажите, а как закрыть общественную организацию? Отчетов становится все больше, и у нас не хватает времени заниматься тем, ради чего мы зарегистрировались". На это я получила потрясающий ответ: "Закрыть организацию будет долго и дорого. Не меньше 3-4 месяцев. Нужно буде оформлять бумаги нотариально".

Впрочем, там же мне подсказали еще один способ: "Вот у вас все отчеты сданы. А вы перестаньте их сдавать. Мы вас и закроем через суд в следующем году". Думаю, не нужно объяснять, что не сданные вовремя отчеты - это дополнительные штрафы и проблемы. Мы это уже выяснили на своем опыте. А закрытие через суд нашей организации даст повод говорить, что мы нарушали закон, поэтому нас и "прикрыли". Это для меня недопустимо.

Вспоминая, с каким трудом мы создавали нашу организацию, сколько нервов и сил потратили время ее существования, я все-таки решила пока ее не закрывать. Подождать. Чего? Не знаю. С одной стороны, неуемная энергия требует выхода. Хочется если не перевернуть мир, то сделать его чуточку лучше. С другой, я не верю в то, что государство в ближайшем будущем облегчит "общественникам" общение со своими ведомствами. Но если не говорить о проблемах, то вообще никогда ничего не изменится.

Сначала я стеснялась говорить вслух о том, сколько трудностей на ровном месте  создает общение с государственными ведомствами и сколько времени оно отнимает. Я списывала все на свою неопытность, отсутствие бухгалтерского образования, "неправильное" ведение дел. Но потом, пообщавшись с руководителями других общественных организаций, поняла, что это - не только моя проблема. И даже не проблема региональных организаций. Это - общероссийская проблема. И она отбивает у многих энергичных людей желание заниматься общественной работой. Если ее не решить, то работа общественных организаций в России никогда не станет столь же успешной, как на Западе. А без их активного участия в жизни страны построение гражданского общества в нашей стране невозможно.

Информация об авторе

См. также на Когита!"ру:

Наш 2-й конкурс эссе собрал более 40 участников

Итоги 2-го конкурса эссе 

Второй конкурс эссе: "Деятельность НКО в Европе и России"

О I-м Конкурсе статей и эссе «Гражданское общество и решение социальных проблем в Европе»